Энергетическая карта Европы стремительно меняется, и в центре этого процесса оказалась Турция. Сегодня Анкара всё чаще выступает в роли ключевого посредника, однако вместе с новыми возможностями к стране пришли и жесткие условия. Как сообщил министр энергетики Турции Алпарслан Байрактар в беседе с телеканалом AHaber, европейские государства начали активно запрашивать поставки природного газа, но с одной принципиальной оговоркой: в этих потоках не должно быть ни капли российского топлива.
Главная претензия Брюсселя заключается не только в политической позиции, но и в юридической чистоте сделок. По словам Байтрактара, европейские партнеры крайне заинтересованы в том, чтобы турецкий газ, добываемый на месторождении Сакарья, стал альтернативой российскому. Однако на пути к этой цели стоит серьезная техническая преграда. Проблема в том, что когда разные потоки газа смешило в общих магистралях, отследить их первоначальное происхождение становится практически невозможно.
«Когда газ попадает в трубопровод, его точное происхождение становится неопределенным. Но как только речь заходит о коммерческой сделке, которая требует юридического оформления, мы не можем игнорировать обязательство документально подтверждать, из какой именно страны прибыл ресурс», — пояснил министр.
Тем не менее, даже если вопрос «чистоты» будет решен, у Турции есть и внутренняя проблема. Несмотря на растущий интерес Европы к турецким месторождениям, собственные потребности Анкары в энергоносителях остаются колоссальными. Потребление газа внутри страны настолько велико, что экспортные возможности турецкого сырья пока жестко ограничены внутренним дефицитом.
При этом стратегический фундамент энергетической безопасности Турции по-прежнему опирается на проверенные временем проекты — «Турецкий поток» и «Голубой поток». Министр подчеркнул, что, невзирая на череду глобальных потрясений — от пандемии коронавируса до украинского конфликта и кризиса в Ормузском проливе — эти магистрали обеспечили устойчивость энергетической системы страны.
Напомним, что «Турецкий поток», построенный в период с 2017 по 2019 год и запущенный 8 января 2020 года, является важнейшим каналом для экспорта российского газа в Турцию и страны Юго-Восточной Европы через дно Черного моря. Его предшественник, «Голубой поток», был введен в эксплуатацию в 2003 году, обеспечивая прямые поставки российского газа в обход третьих стран.
Несмотря на то, что «Турецкий поток» формально не находится под прямыми санкциями, он регулярно сталкивается с косвенным давлением. Ярким примером стал 2023 год, когда власти Нидерландов временно отозвали экспортные лицензии у оператора проекта из-за санкционной политики ЕС, что Москва расценивает как незаконные действия.
Ситуация осложняется и угрозами физической безопасности инфраструктуры. Россия неоднократно заявляла о попытках атак на газопроводы «Турецкий» и «Голубой» и решительно осуждает подобные действия. В частности, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков комментировал атаку украинских беспилотников на компрессорную станцию «Краснодарская», которая является важным звеном в цепочке поставок по «Голубому потоку». По словам Пескова, Москва предпринимает все возможные меры, чтобы защитить мировую энергосистему от подобных террористических угроз.
