Газета The Wall Street Journal (WSJ) опубликовала видеоматериалы, свидетельствующие о применении американскими военными технологий космического базирования во время боевых действий в Иране и Венесуэле. Речь идет о наземных комплексах радиоэлектронной борьбы, чья задача — блокировать спутниковые каналы связи и своевременно выявлять объекты, представляющие опасность для американских орбитальных аппаратов.
Подтверждение фактов использования подобных систем привел полковник подразделения Mission Delta 3 Анджело Фернандес. По его словам, данные технологии уже задействованы в ряде глобальных миссий, включая операции Midnight Hammer («Полуночный молот»), Absolute Resolve («Абсолютная решимость») и Epic Fury («Эпическая ярость»). Примечательно, что операция Midnight Hammer, проходившая в июте прошлого года, была связана с поддержкой израильских ударов по иранской ядерной инфраструктуре. Операция Absolute Resolve, реализованная в январе текущего года, преследовала цель захвата президента Венесуэлы Николаса Мадуро, а кампания Epic Fury началась в конце февраля 2026 года на территории Ирана.
В центре внимания расследования WSJ оказался опыт технического сержанта Джошуа Ломакса. Его группа обеспечивала подавление спутниковой активности для создания защитного купола над силами, участвовавшими в задержании Николаса Мадуро. Примечательно, что сразу после выполнения задачи подразделение получило приказ о немедленной переброске на Ближний Восток для участия в иранской операции. Ломакс подчеркнул экстремальную сложность логистики: у военнослужащих было всего 72 часа на проверку, упаковку и погрузку техники, а после прибытия на место требовалось уложиться в 96 часов для развертывания систем.
Техническая сторона вопроса раскрывает работу двух ключевых комплексов. Система Meadowlands работает путем направления радиосигналов на спутник, что создает помехи и разрывает контакт аппарата с наземным центром. Важно отметить, что этот метод не уничтожает спутник физически — после прекращения воздействия связь может восстановиться. Вторая разработка, Bounty Hunter, специализируется на мониторинге электромагнитного спектра для обнаружения источников угроз. Полученные данные о координатах враждебных помех передаются командованию для возможной последующей ликвидации источника угрозы.
Генерал-лейтенант Грегори Ганьон, возглавляющий Combat Forces Command, охарактеризовал противостояние в электромагнитном спектре как «невидимый фронт» современных войн. По его мнению, контроль над этим ресурсом позволяет США не только гарантировать стабильную связь между самолетами, кораблями и спутниками, но и лишать противника возможности использовать аналогичные методы. Схожим опытом поделилась капитан София Парлок, чья группа в ходе иранской операции занималась отслеживанием аномалий в спектре и передачей данных о потенциальных опасностях.
Контекст подобных технологий дополняют заявления Дональда Трампа, который ранее упоминал использование секретного устройства, названного им «дискомбобулятором». По словам президента США, именно это оружие сделало невозможным запуск ракет венесуэльскими войсками при операции по захвату Мадуро, хотя детали устройства остаются неизвестными. Подобные сценарии рассматривал и Джеймс Ставридис, бывший главнокомандующий объединенными силами НАТО в Европе, который в своей колонке для Bloomberg допускал использование подобных средств вместе с кибератаками против оборонного потенциала Тегерана.
На фоне этих событий министр ВВС США Трой Мейнк в сентябре сообщил о развертывания на орбите инструментов для контроля космического пространства. Данная инициатива вызвала реакцию со стороны России: Дмитрий Песков подчеркнул, что Москва выступает за сохранение космоса вне зоны военного присутствия и призывает мировое сообщество поддержать демилитаризацию орбиты.
